ВОПРОСЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ НЕФТЕПЕРЕРАБАТЫВАЮЩЕЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ

Написано Экономика нефтепереработки . Опубликовано в Публикации

Земля наша богата,

Порядка в ней лишь нет.

А.К. Толстой, 1868 г.

Взяли цены подняли. Это и дурак может!

А.Г. Лукашенко, 2014 г.

Российский нефтяной комплекс, представленный 10-ю крупными ВИНК, доказал свою способность выполнять основную задачу — обеспечение страны нефтепродуктами (табл.1). Нефтяная отрасль формирует значительную часть бюджета страны. Прежде всего, это результат экспорта сырой нефти. Нефтепереработка России по уровню развития пока уступает промышленно развитым странам. По мере снижения нефтяных цен роль этой отрасли возрастает. При оптимальном управлении нефтепереработка способна стимулировать подъем всей российской экономики.

В период с 2000 по 2014 г. объем переработки нефти увеличился с 173 до 289 млн т. Однако увеличение происходило главным образом за счет увеличения мощности первичной переработки нефти. Мощности деструктивных процессов, обеспечивающих высокую глубину переработки нефти, выросли незначительно.

Структура вырабатываемых нефтепродуктов по-прежнему не сбалансирована с внутренней потребностью. Избыточный мазут является головной болью российских нефтепереработчиков.

Таблица 1

Динамика показателей производства нефтепродуктов в России

№№

Показатели

2000

2005

2010

2011

2012

2013

2014

1.

Производство автобензинов, млн т

27,16

31,97

36,01

36,75

38,35

38,79

38,35

Поставка автобензинов на внутренний рынок, млн т

22,67

27,03

32,68

32,49

33,4

34,43

34,3

Дебаланс

+4,49

+4,94

+3,33

+4,26

+4,95

+4,36

+4,05

2.

Производство дизтоплива, млн т

49,23

60,08

69,91

70,21

69,42

71,47

77,37

Поставка дизтоплива на внутренний рынок, млн т

28,1

30,32

34,2

35,94

34,9

35,3

36,51

Дебаланс

+21,23

+29,76

+35,71

+34,27

+34,52

+36,17

+40,86

3.

Производство мазута, млн т

49,22

56,73

69,52

72,9

74,28

76,95

80,92

Поставка мазута на внутренний рынок, млн т

29,34

21,6

18,0

17,26

18,4

19,44

25,83

Дебаланс

+19,88

+35,13

+51,52

+55,64

+55,88

+57,51

+55,09

4.

Стоимость нефти на внутреннем рынке, руб./т

5650

8730

10200

12000

14100

13900

5.

Стоимость нефти Brent, $/барр.

28,61

57,72

75,4

116,5

102,52

107,07

59,3

6.

Курс доллара США к рублю, руб./$

28,05

28,62

31,37

27,87

32,58

32,85

56,89

7.

Средние цены производителей, руб./т

– автобензин

5612

9159

16699

18576

19094

30600

34300

– дизтопливо

5209

12000

16340

20766

23512

30000

34600

– мазут

2420

5469

9300

10922

13900

10750

4200

8.

Средние потребительские цены, руб./т

– автобензин

8418

16984

24814

28775

34523

43420

43342

– дизтопливо

7292

16830

24157

30488

34075

40609

39570

Источник: Российский статистический ежегодник, Нефтегазовый журнал «ИнфоТЭК»

Большой проблемой для российской экономики является непрерывный рост цен на моторные топлива. Практически каждые пять лет они удваиваются. В период с 2000 по 2014 год средние потребительские цены на автобензины выросли более чем в 5 раз. Это не только инфляция, высокие цены сдерживают рост промышленного производства.

Потребление автобензинов и дизельного топлива за этот период выросло соответственно на 51,2 и 25,6%. Потребление нефтепродуктов на душу населения в нашей стране уступает развитым странам в 3–4 раза. Известно, что этот показатель является одним из критериев деловой активности. Потребительские цены значительно превышают цены производителей. До 50% нефтепродуктов поставляется на расстояние от 1000 до 1500 км. Нерациональные затраты на логистику составляют свыше $3,5 млрд в год.

Напомним, что в 70-х годах прошлого века в период нефтяного кризиса и роста нефтяных цен правительство США регулировало цены на нефтепродукты и проводило активную антимонопольную политику. Одновременно был введен запрет на экспорт нефти, который действует и сейчас. В это период произошло полное перевооружение нефтеперерабатывающей промышленности США, которая сейчас занимает ведущие позиции в мире. Американское правительство не увидело в ограничительных мерах нарушения принципов либеральной экономики, справедливо полагая, что стабильность внутреннего нефтерынка для экономики страны важнее прибылей нефтяных компаний.

Была ли у России возможность следовать таким же путем? В 1998 году, когда стоимость нефти на мировом рынке опустилась ниже $10,0 за баррель, ее экспорт стал убыточен. В этот период объем добычи нефти в России составлял около 300 млн т в год, что соответствовало суммарной мощности российской нефтепереработки. Технически российские нефтяные компании могли переработать всю добываемую нефть на своих НПЗ и экспортировать избыточные нефтепродукты. Однако низкое качество нефтепродуктов, высокие затраты на логистику и кризис в экономике не способствовали принятию такого решения. Уже в те годы необходимость модернизации нефтепереработки была очевидной. Тем не менее правительство и руководство ТЭК сделали ставку на нефтедобычу. Сейчас корзина нефтепродуктов, вырабатываемых из 1 т нефти средним российским НПЗ, на мировом рынке стоит дешевле исходного сырья.

В результате многократной девальвации рубля и постепенного роста мировых цен на нефть эффективность экспорта нефти была восстановлена. Добыча нефти становится приоритетной. С 1998 по 2014 г. годовой объем добычи нефти увеличился с 300 до 526 млн т. Проблемы нефтепереработки были отложены до принятия Технического регламента (2008 г.). К сожалению, гармоничного развития нефтяного комплекса не получилось. Наращивая рекордными темпами нефтедобычу, опираясь на слаборазвитый внутренний рынок нефтепродуктов, отсталую нефтепереработку и нефтехимию, российская экономика скатилась до уровня «сырьевой».

Основную ответственность за сложившееся положение, наряду с нефтяными компаниями, несет государство, формирующее хозяйственный механизм, инвестиционную и налоговую политику. Рынок без вмешательства государства не обеспечит оптимальное развитие отрасли. Основная цель нефтяных компаний — получение максимальной прибыли на вложенный капитал — не всегда соответствует стратегическим задачам развития страны в целом.

Наибольшее влияние на мировой нефтяной рынок оказывают США. При годовом потреблении нефти 830–850 млн т в год половину этого объема страна импортирует. Высокие нефтяные цены стимулировали добычу сланцевой нефти, себестоимость которой по разным оценкам составляет $50–70/барр. При нефтяных ценах свыше $100/барр. добыча сланцевой нефти вполне рентабельна. При снижении нефтяной цены до $40–50/барр. экономика США также выигрывает, так как импортируемая нефть будет даже дешевле сланцевой. ФРС США в голову не придет девальвировать доллар, чтобы повысить рентабельность добычи сланцевой нефти. Это нормально. Добыча сланцевой нефти сейчас постепенно снижается, но этот проект всегда будет инструментом давления на нефтедобывающие страны для поддержания низких цен на нефть. Затраты на сланцевый проект с лихвой окупаются за счет снижения стоимости импортной нефти. Если предположение верно, то в ближайшие годы стоимость нефти на мировом рынке сохранится на уровне $50–60/барр.

Каким может быть курс рубля при таких ценах на нефть? Ответ на этот вопрос дает простое сопоставление стоимости нефти в России и на мировом рынке. Нефть является основным российским экспортным продуктом, поэтому такое соотношение можно рассматривать для упрощенного определения курса рубля.

Стоимость нефти на российском рынке — 13800 руб./т

по состоянию на январь 2015 г.: — 1890 руб./барр.

Стоимость нефти на мировом рынке

по состоянию на январь 2015 г.: — 48 $/барр.

Курс рубля по нефти: — 1890/48 = 39,4 руб./$

Биржевой курс рубля зависит от множества политических и экономических факторов, которые формируют спрос и предложение. Январский курс рубля — 66 руб./$ представляется завышенным. Этот результат обусловлен стремлением увеличить ресурсы рублей при снижающихся объемах нефтедолларов и общим недоверием к рублю.

Компенсировать снижение нефтяных доходов и дефицит бюджета девальвацией рубля — это плохая привычка. Такая небрежность в отношении к национальной валюте ведет страну от кризиса к кризису, что лишний раз доказывает несостоятельность этой политики. Нестабильность рубля и инфляция подрывает доверие предпринимателей и населения к проводимой правительством политике, затрагиваются интересы подавляющей части населения, которая живет от зарплаты до зарплаты на российские рубли. Опыт развитых стран показывает, что основой стабильности любой экономики является устойчивость национальной валюты. Например, устойчивость доллара США обеспечивается не только научным и промышленным потенциалом страны, но и огромным многотриллионным государственным долгом. ФРС США не допускает значительных отклонений курса доллара от валют ведущих стран. Малодоходные казначейские облигации США пользуются спросом во многих странах, включая Россию. По сути стабильность доллара обеспечивается в том числе и печатным станком. В России такой возможности нет. У нас дилемма простая — увеличивать дефицит бюджета и думать, чем его заполнить, или девальвировать рубль и разгонять инфляцию.

Балансировать бюджет за счет займов рискованно. Долги надо отдавать и обслуживать. Но при этом бюджет становится более прозрачным и контролируемым. У правительства появляется объективная информация о реальном платежном балансе страны. Бюджетные средства труднее «распиливать», могут «доктора» прислать. То ли дело инфляция, для России явление привычное. Ее можно таргетировать и обещать, что через три года она станет совсем маленькой.

Почему даже в самые благоприятные годы инфляция в России не опускалась ниже 6–7%? Ответ на этот вопрос дает анализ действующего в России хозяйственного механизма. Известно, что тарифы естественных монополий многие годы индексировались с учетом текущей инфляции, увеличивая, таким образом, их доход и возможность для инвестиционной деятельности. Повышенные тарифы естественных монополий перекладывались далее по цепочке на бизнес и население, что в конечном итоге формировало общий уровень инфляции в стране. Такая схема удобна всем. Правительству нет необходимости закладывать в расходную часть бюджета инвестиционные затраты госкомпаний. А те, в свою очередь, поднимая тарифы на свои услуги, могут жить, ни в чем себе не отказывая, не задумываясь о повышении своей эффективности. Естественные монополии практически полностью принадлежат государству. Поэтому за реализацию их инвестиционных программ отвечает государство. Инвестиционные затраты, которые они не могут осуществить за счет своей операционной деятельности или на заемные средства, должны отражаться в расходной части бюджета, утверждаться и контролироваться в установленном порядке. Это один из способов снижения инфляции и повышения прозрачности российской экономики.

При прочих равных условиях долги государства, инфляция и ставка рефинансирования тесно связаны. Ставка ЦБ устанавливается в соответствии с уровнем инфляции. Когда наши чиновники с гордостью заявляют, что в России государственный долг по отношению к ВВП незначительный (около 3%), они отчасти лукавят, не добавляя про двузначные значения инфляции и ставки ЦБ, и что часть долгов посредством инфляции переносится на бизнес и население.

Правильнее, конечно, жить по средствам, но при рискованной сырьевой экономике и масштабной коррупции это не всегда удается. Инфляцию и ставку ЦБ можно сократить, применяя для финансирования дефицита бюджета заемные средства, конечно, если есть источники и условия приемлемые. Займы должны быть обоснованы и направлены на высокоэффективные инвестиции с достаточно быстрой окупаемостью. Даже если долг государства возрастет с 3% до 30–50% от ВВП, но при этом инфляция и ставка ЦБ сократятся до 2–3%, а рубль стабилизируется, экономика оживет, кредиты станут доступными, появятся длинные деньги и внутренние источники финансирования.

Теория о положительном влиянии девальвации на импортозамещение оказалась несостоятельной. Так, в 1998 году, когда рубль подешевел в 4 раза, оживление отечественной промышленности оказалось непродолжительным. Российские производители, пользуясь монопольным положением, повышали цену на свою продукцию до уровня импортной. На этом процесс импортозамещения заканчивался. В итоге мы получили стабильно высокую инфляцию и плохой инвестиционный климат. Сейчас, когда Россия лишилась значительной части валютных доходов, импортозамещение станет условием выживания и поддержания уровня жизни населения. Для этого недостаточно обвалить рубль, необходимо время, деньги, новые конкурентоспособные технологии и соответствующие кадры. Поэтому России предстоит тяжелый кропотливый труд по диверсификации экономики в неблагоприятных условиях санкций и ограниченности финансовых ресурсов.

В ряде развивающихся стран для стимулирования развития обрабатывающих отраслей цены на моторное топливо устанавливаются ниже их себестоимости. Так, правительство Китая в определенный период субсидировало производство моторных топлив. В России, если серьезно подходить к вопросу диверсификации, необходимо стабилизировать цены на нефтепродукты и по возможности обеспечить их снижение, приравняв нефтяные компании к естественным монополиям. По сути, они такими и являются. В нефтедобыче доля государственных компаний с их «дочками» составляет свыше 60%.

Современный уровень мировых нефтяных цен соответствует 2005 году, когда розничные цены на моторные топлива были значительно ниже существующих. Если быть последовательными и придерживаться равнодоходности поставок на внешний и внутренний рынок (net-back), то цены на внутреннем рынке должны также снизиться. В реальной жизни этого не произошло. Снижения нефтяных налогов не выдержит бюджет. Регулирование цен не приведет к дефициту нефтепродуктов, если внутренний рынок будет эффективнее их экспорта. Для этого у государства достаточно налоговых инструментов. Прежде всего целесообразно снижение цен на используемое в реальном секторе дизельное топливо, так как его потребление коррелируется с показателем ВВП страны. Сейчас цена на дизельное топливо необоснованно завышена по сравнению с автобензинами. Его выход на перерабатываемую нефть значительно выше, чем для автобензинов, а себестоимость ниже. Тем не менее розничные цены на эти продукты сопоставимы. Этот перекос обусловлен все тем же принципом net-back и высокой стоимостью дизельного топлива в Европе. Снижение стоимости дизельного топлива возможно за счет сокращения налогов на этот продукт, используя для возмещения налогов Фонд национального благосостояния (ФНБ). Такая государственная поддержка стимулирует развитие всех отраслей экономики и поможет в сжатые сроки переломить инфляцию.

При снижении валютной эффективности экспорта сырой нефти будет вполне логичным решение об увеличении ее переработки внутри страны и расширении внутреннего спроса на нефтепродукты. По соглашению между правительством и нефтяными компаниями объем переработки нефти к 2020 году должен увеличиться до 294 млн т, а глубина переработки — до 85%. Предложение нефтяных компаний направлено на реконструкцию действующих заводов. Новый НПЗ планирует построить только НК «Роснефть» на Дальнем Востоке. Возможности действующих НПЗ ограничены. Российские НПЗ неоднородны. Наряду с современными заводами, по техническому уровню и глубине переработки нефти не уступающими европейским, эксплуатируются старые, физически и морально устаревшие заводы. Реконструкция этих заводов с учетом объектов ОЗХ стоит дороже, чем строительство нового завода. Некоторые из них расположены в черте крупных городов (Московский НПЗ, Саратовский НПЗ, Хабаровский НПЗ) и эксплуатируются с нарушением всех санитарных норм. Земля, занимаемая этими заводами, стоит дороже, чем получаемая прибыль от их эксплуатации. Необходимы новые высокотехнологичные региональные НПЗ. Независимая нефтепереработка в России развивается с трудом. Причина не только в ее низком техническом уровне. Не решен вопрос обеспечения нефтью даже действующих независимых НПЗ, что является предметом спора между ФАС, нефтяными компаниями и «Транснефтью». Государство в развитии независимых НПЗ не заинтересовано. Экспорт нефти обеспечивает максимальные поступления в бюджет. Остается надеяться только на чудо, например, падение мировых цен на нефть до уровня, когда ее экспорт из России станет неэффективным. Ждать только этого придется бесконечно долго, так как рубль легко девальвируется.

Значительные потери в бюджете страны образовались в результате применения пониженных пошлин на темные нефтепродукты в период 2004–2011 гг. Потери бюджета составили до $40 млрд. За этот период глубина переработки нефти даже сократилась, зато резко возросло строительство малоэффективных мини-НПЗ. Время для модернизации нефтепереработки было упущено. По данным за 2014 год, избыточное производство мазута на российских НПЗ составило 55 млн т. Экспорт мазута из-за его низкой стоимости и высоких транспортных издержек не эффективен. С 2015 года начнут повышаться экспортные пошлины на мазут до уровня нефтяных и реализуется «налоговый маневр». Это приведет к сокращению рентабельности заводов. Поэтому существует большая опасность, что нефтепереработчики постараются компенсировать выпадающие доходы за счет повышения цен на моторное топливо. Положение абсурдное и противоречит мировым тенденциям и развитию экономики России.

Расчеты показывают, что объем инвестиций, необходимых для переработки избыточного мазута в светлые нефтепродукты в зависимости от выбранной технологии составит от $50 до $70 млрд. Для минимизации инвестиций целесообразна поэтапная переработка мазута. На первом этапе из мазута выделяется вакуумный газойль. Этот продукт востребован на мировом рынке, легко транспортируется и реализуется с премией до 15% к цене на сырую нефть. Самая затратная стадия — это переработка нефтяного остатка (гудрона). Для этой цели необходимы новые установки гидроконверсии (процессы H‑Oil или LC‑Fining) или замедленного коксования. Установки замедленного коксования характеризуются меньшей капиталоемкостью и особенно эффективны для малосернистой нефти. Второй этап предназначен для переработки вакуумного газойля в высококачественные моторные топлива. Снижение затрат на строительство комплексов по переработке мазута возможно путем разработки типовых проектов с привлечением отечественных машиностроительных, проектных и исследовательских организаций. В советский период хорошо зарекомендовали себя комбинированные установки ЛК‑6У и блоки КТ. Разработка типового отечественного оборудования с учетом новейших достижений в области нефтепереработки будет способствовать повышению уровня смежных отраслей.

В большом долгу перед страной экономическая наука. Ее задача заключается в разработке долгосрочной программы развития экономики. Практика показала, что одного рынка для гармоничного развития экономики недостаточно. Стандартные решения, девальвация рубля, повышение ставок и инфляция заведут экономику в еще больший тупик. Необходимо научиться моделировать развитие страны, учитывая взаимосвязи всех отраслей в различных экономических условиях. Такие расчеты позволят найти оптимальные решения для самых неблагоприятных сценариев. Это поможет правительству исключить необоснованные, недостаточно проработанные решения. То, что происходит сейчас, напоминает сюжет картины «Опять двойка». Падение нефтяных цен и санкции — это повод. Причиной кризиса является несовершенство инновационного механизма, а точнее, его отсутствие. Простому человеку непонятно, почему средства ФНБ, выделяемые банкам для повышения ликвидности, оказываются на валютной бирже, и почему вместо применяемого во многих странах валютного контроля ЦБ увеличивает ставку до 17­­–15%. Убедительных аргументов нет. Нашей правящей элите, формирующей правительство и его экономическую политику, необходимо помнить не только о своих интересах, но и об ответственности перед страной. У России достаточно материальных и духовных ресурсов, чтобы достойно противостоять своим оппонентам, но для этого нужна консолидация общества и элементарный порядок.

Яковлев А.А., к.э.н., Первушкина А.С. ООО «Экономика переработки нефти»